Валерий Постернак

Если не Чепмен, то кот

Если не Чепмен, то кот

ВАЛЕРИЙ ПОСТЕРНАК слушает дебютную пластинку скандального английского художника Диноса Чепмена вместе со своим рыжим питомцем


Художник Динос Чепмен, один из «великих и ужасных» Chapman Brothers, дорисовывавших акварели Гитлера, выпустил электронный альбом «Luftbobler» и тут же получил увесистую порцию оплеух от музыкальных критиков — чувак, лепи дальше своих горящих в аду фашистов, но не лезь на нашу территорию. Звездные дилетанты тут не нужны.


Просыпаюсь утром, а кот мне сообщает — я тут альбомчик ночью записал, сделаешь рецензию? Ага, вот почему ты вчера вечером так напряженно вылизывал под хвостом, когда играла новая пластинка Autechre. Да ладно, отвечает рыжий, не тупи, у меня настоящий mew-stomp, и это тебе не крошки со стола Ричарда Ди Джеймса слизывать.

Просыпаюсь утром… так, кот? Приснится же под утро такое. Ставлю на проигрыватель пластинку Диноса Чепмена и, вот те на, зову кота Григория — будем слушать вместе.

© Vicki Couchman

«Говорят, что нельзя протолкнуть квадратную свинью через круглую дырку — да ничего подобного! Просто нужно очень сильно толкнуть. Лучшее в электронной музыке — ты можешь делать то, что хочешь. Что угодно. Во-первых, никто не будет это слушать. Ну, а если услышат — ну что же, это их проблема. Это ведь не то же самое, что учиться миллиард лет осваивать гитару, а потом играть как говно. Электронная музыка — необычайно демократическое искусство». (Динос Чепмен на большом диване в холле питерской гостиницы W рассказывает о своих музыкальных экспериментах, октябрь 2012 года)

— Хм, зачем ему все это нужно? — спрашивает кот, когда заканчивается «So It Goes».
— Ты хочешь сказать, зачем нам это нужно? Ну, он же сам сказал, что это уже наша проблема — слушать или нет.

Dinos Chapman. «So It Goes»

— Похоже на музыку к фильмам, которые ты смотришь по ночам, — сообщает кот.
— Он тоже никогда не выключает телевизор, — киваю я.
— Все эти шумы, голоса, о чем они там говорят, ты понимаешь?
— Нет, — признаюсь я, — но жутковато получается, да?
— Атмосферно, — шевелит усами кот, — но это все драпировка, не более…
— Для чего?
— Ну вот тут Throbbing Gristle, — точно указывает кот во время «Pizza Man», — а это можно легко спутать с риффами Autechre времен «Tri Repetae» (машет хвостом в сторону колонок, из которых звучит «Sputnik»).
— Не самые плохие аналогии.
— Не самые плохие, — соглашается кот, — но зачем?
— А ты каждый день слышишь что-то совершенно новое?
— Нет, но хочется.
— Да и сами Autechre или тот же Aphex Twin, много ли у них сейчас «совершенно нового»?
— Они уже все сказали.
— А кто вместо них?
— Ну уж точно не знаменитые художники с многотысячными гонорарами, которым не спится по ночам, — хмыкает кот. — Сегодня любой задрот в обоссанной собаками хрущевке на дешевой аудиокарте ваяет «нетленки», наслушавшись дисков лейбла Warp.

«Говорят, что нельзя протолкнуть квадратную свинью через круглую дырку — да ничего подобного!»

— Они думают, что все так просто?
— Да, они думают, что все просто.
— Но если задроту из хрущевки можно, то почему нельзя известному художнику?
— Про задрота в лучшем случае «Афиша» напишет или COLTA.RU, и все тут же забудут, а с Диносом вон сколько возни: все пишут, обсуждают, дизайн какой у пластинки — закачаешься. Ты сам с ним огромное интервью сделал, когда он в Питер на открытие выставки приезжал, а что в конечном итоге?
— Что?
— Набор скетчей, ни одна композиция больше четырех минут не длится, ну что в такой музыке можно сказать за полторы минуты?
— Так вот ничего и не нравится на пластинке?
— Название смешное. Кстати, что это — «Luftbobler»?

«В прошлом году был я в Норвегии, купил шоколадку, и вот она так называлась. Мне показалось, что это самое смешное слово из тех, которые я встречал. У меня очень прямолинейные мозги». (Динос Чепмен, Санкт-Петербург, 2012 год)

© Лена Авдеева

Кот Григорий и Егор Летов

— Забавно, — кот вслушивается в «Enrich Zann», — слушай, а твой Динос не так уж и прямолинеен, как кажется сначала. Он имя Цанна специально так написал?
— Возможно. Динос — большой специалист по вызыванию самых мерзких духов преисподней. Кто знает, может, они с братом тайно прикупили нотные записи Эриха Цанна у наследников Лавкрафта, — соглашаюсь я.

«В общем-то, слабо разбираясь в искусстве, я все же был уверен в том, что звуки эти не имели ничего общего с тем, что мне доводилось слышать когда-либо ранее…» (Говард Лавкрафт. «Музыка Эриха Цанна»)

— Слушай, как ни странно, но у этого набора зарисовок есть кульминация, — вдруг сообщает кот, дослушав до конца «Sun Lounge», — и это крайне неожиданно. Поверь, Диносу было совсем не пофиг, когда он делал эту пластинку.
— Вот и я так думаю. Может, еще послушаем?
— Ага, — соглашается кот, — и давай на этот раз забудем про существование Autechre, Aphex Twin и даже Дженезиса Пи-Орриджа? Просто послушаем, без поиска радикально нового подхода.
— Радикальность — дерьмо.
— Да, радикальность — полное говно, — кот усаживается точно по центру комнаты.

«Сейчас радикальность становится самоцелью. Она ничему не помогает. Это как будто ты постоянно пытаешься быть на шаг впереди события. Правильнее видеть вещи, как они есть на самом деле, и уметь работать с ними. Мы проживаем конец истории. Радикальность — устаревший концепт». (Динос Чепмен, Санкт-Петербург, 2012 год)

Dinos Chapman. «Alltid»


Альбом Диноса Чепмена «Luftbobler» уже в продаже.

Комментарии пользователей Facebook

новости

ещё