Ольга Мамаева

Back in the USSR?

Back in the USSR?

ВЛАДИМИР ВОЙНОВИЧ, АНДРЕЙ КУРАЕВ, ЭДУАРД ЛИМОНОВ, ГЛЕБ ПАВЛОВСКИЙ, ЛЕОНИД ПАРФЕНОВ, ВЛАДИМИР ПОЗНЕР, АЛЕКСАНДР ПРОХАНОВ, ИОСИФ РАЙХЕЛЬГАУЗ, ЛЕВ РУБИНШТЕЙН, ОЛЬГА СЕДАКОВА и КИРИЛЛ СЕРЕБРЕННИКОВ об идее переименования Волгограда


Депутаты гордумы Волгограда приняли решение использовать наименование «город-герой Сталинград» в торжественные дни, посвященные победе в Сталинградской битве. Идея вернуть городу имя советского вождя нашла поддержку у вице-премьера Дмитрия Рогозина и Всемирного русского народного собора. Что это — реинкарнация «совка» или восстановление исторической справедливости? COLTA.RU попыталась разобраться.

© Colta.ru


Владимир ВОЙНОВИЧ, писатель

Я когда-то написал, что Советский Союз закончился, а советский человек будет жить еще долго. И он до сих пор живет. Черты homo sovieticus и сегодня узнаются во многих: боязливость, лицемерие, кумовство, склонность к демагогии и нравоучению, особенно если ты дорвался до власти. Для того чтобы удержаться на месте, все время нужно проявлять инициативу, показывать, что ты патриот сталинского типа. Люди, добравшиеся до самого верха, прекрасно знают, что можно ничего не делать, но обязательно произносить громкие ура-патриотические слова, угождать власти, пресмыкаться, и тогда тебя обязательно заметят наверху, повысят, дадут лишний кусок. Власть же сейчас гораздо глупее, чем в СССР. Советский Союз долго сохранял статус сверхдержавы, которой все боялись и у которой была идеология. Лично мне она всегда была отвратительна, но для многих эта идеология служила путеводной звездой. А сейчас ничего нет — одна пустота. Именно поэтому власть и народ пытаются заполнить эти дыры символами из прошлого. Советская ментальность еще долго будет передаваться из поколения в поколение. Советский строй жизни, когда всякого рода демагогия высоко ценится властью и недурно оплачивается, прочно усвоен и сегодняшними молодыми людьми.


Леонид ПАРФЕНОВ, журналист

Вот в какой точке мы теперь находимся: переименовать Волгоград назад в Сталинград впервые предлагалось в 1965 году, под 20-летие победы. Всего четыре года город носил новопридуманное имя, чего вроде проще! Но Брежнев, которому сама идея импонировала, признавал, что это уже невозможно. Все наши исправления прошлого идут от непонимания своего настоящего, а тем более — будущего. Вот власть и ищет опору в СССР, легитимизирует себя преемственностью с ним. Единственное, ради чего стоит увековечить Сталина в названии исторического Царицына, — чтобы никто не забыл, по чьей вине немцы дошли до самой Волги.


Иосиф РАЙХЕЛЬГАУЗ, режиссер, создатель и художественный руководитель московского театра «Школа современной пьесы»

Советское присутствие, к сожалению, осталось. Есть замечательное выражение: «Человечество, смеясь, расстается со своим прошлым». Но к нам оно неприменимо. Мы, к сожалению, расстаемся со своим прошлым, страдая и плача. Автобусы с портретом Сталина, безумные, античеловеческие законы, возвращение Сталинграда... Нас все время тянет в недавнее прошлое, как будто мы недостаточно в нем настрадались. Для меня главный признак «совка» — это стремление к кулаку, к сильной власти, к хозяину, который все решит за тебя. Это нежелание человека отвечать за свою судьбу, за свою работу, за любые решения. В свое время Юрий Любимов поставил великий спектакль «Добрый человек из Сезуана», на много лет определивший нашу театральную культуру. Там был текст, от которого тогда вздрагивали все начальники от культуры (и правильно вздрагивали — скоро их всех смели): «Шагают бараны в ряд, / Бьют барабаны, / А кожу для них дают / Сами бараны». Мы до сих пор живем под этим стихотворением, которое стало нашим лозунгом по жизни. Конечно, мы вышли из Советского Союза, наше сознание во многом изменилось, но мы еще совсем не пришли к цивилизованному миру. Значит, мы живем в трудную эпоху перемен. И, кажется, этому рады.


Лев РУБИНШТЕЙН, поэт, публицист

«Совок» очень медленно уходит из нашей жизни, но уходит. Возвращение в СССР ни в историческом, ни в цивилизационном смысле уже невозможно. Это все равно что вернуться в Римскую империю. Важнее другое. Власть в последнее время все активнее пытается с помощью ключевых советских символов компенсировать полное отсутствие собственной идеологии. А народ на это ведется. Многие люди ностальгируют по временам своей молодости, думая, что ностальгируют по стройной социально-политической и эстетической системе.

Они хотят Сталина и шенгенскую визу одновременно.

Идея на шесть дней в году переименовывать Волгоград в Сталинград — это не возвращение в «совок», это, напротив, признак новых времен, если хотите, признак победившего постмодерна в политике. Это все равно что Васю шесть дней в году называть Колей. Эти стыдливые шесть дней символизируют какую-то идейную импотенцию власти, которая не может придумать ничего другого. Совсем переименовать они не могут решиться, а на шесть дней в году — пожалуйста. Живучесть «совка» не в идеологии, а скорее в системе межчеловеческих и социальных связей. «Совок» — это нетерпимость, зависть, провинциализм, социальный инфантилизм, потребность, чтобы тебя кормили из ложечки. Пусть будет одна овсянка, но зато каждый день. Это такое детдомовское сознание, пропитавшее всю систему общественных отношений. Когда-то была идея, что сменится пара поколений — и вся «советскость» нашей жизни выветрится окончательно. Но этого не произошло. Зато произошла путаница в мозгах. Те молодые люди, которые сегодня ходят с портретами Сталина, не имеют в виду сталинизм, каким он был в 30—40-е, со всеми его ужасами и лишениями. Они хотят Сталина и шенгенскую визу одновременно. Это игра в каком-то смысле: они будут кричать, что Россия лучше всех, а жить будут во Франции. Единственный способ избавиться от этой шизофрении — просвещение народа. Я недавно написал, что революция всегда ассоциируется со взрывом. Взорвать можно скалу, но не болото. Болото нужно осушать, а это процесс долгий.


Кирилл СЕРЕБРЕННИКОВ, режиссер, художественный руководитель «Гоголь-центра»

Боюсь, что да, по крайней мере, это относится к значительной части народа. Страна чудовищно разделена на тех, кто хочет изжить советское прошлое, и тех, кто по нему ностальгирует, потому что не видит себя в новой экономической системе. В современной России куча проблем, но возврат прошлого невозможен и чудовищен. И люди, ответственные за то, что происходит в сегодняшней России, в значительной степени виновны в том, что эмоционально многие хотят вернуться в СССР. Инициатива переименования Волгограда в Сталинград — абсолютно популистский жест, подыгрывающий определенной части населения, которая связывает успехи нашей страны с именем Сталина. Это парадоксально, потому что практически никто из этих людей при Сталине не жил. Я категорически против переименования Волгограда, против того, чтобы наши города и улицы носили имя человека, который повинен в убийстве огромного количества людей. Для меня Сталин — синоним страха и жестокости, а «совок» — холуйства, рабства и отсутствия свободы.


Эдуард ЛИМОНОВ, писатель, лидер «Другой России»

Я все на эту тему сказал в книге «У нас была великая эпоха». Добавить нечего. Перестаньте заниматься прошлым, живите настоящим.


Александр ПРОХАНОВ, писатель, главный редактор газеты «Завтра»

Никуда мы не возвращаемся. Мы живем в новой России, в которой давно сформировались новые элиты, новый уклад, новая идеология и новое целеполагание. Другой вопрос, что прошлое никуда не исчезает, оно всегда движется вместе с нами. Именно поэтому мы живем одновременно и в сегодняшнем дне, и в святой Руси времен Дмитрия Донского и Сергия Радонежского. В сегодняшнем общественном сознании сталкиваются ценности прежних эпох, подтверждение этому мы видим каждый день. Борьба вокруг переименования Волгограда связана не с каким-то конкретным укладом Советского Союза, по которому тоскуют сегодняшние россияне, она связана с мифологией советского строя. Мы живем в стране, в которую возвращается миф о Сталине, миф о Советском Союзе, и этот миф выполняет совершенно другие задачи, нежели в прошлое время. Это полезный миф, творческий, и с ним не нужно бороться. Мифы всегда побеждают реальность и конкретную политику, перетекая из поколения в поколение. И я полагаю, что советский миф будет жить еще очень долго, особенно на фоне крушения контрсоветских моделей. Не исключаю, что советский, а может быть, даже сталинский миф будет овладевать умами все большего числа россиян в тот момент, когда в Европе будут складываться фашистские государства.


Глеб ПАВЛОВСКИЙ, политолог, директор Фонда эффективной политики

Нет, конечно, это иллюзия. Государства не создаются на основе ностальгии, даже если ее испытывают правители. Нет ни одной возможности восстановить СССР путем манипуляции какими-то идеологическими символами. Кремль сегодня мог бы с таким же успехом играть имперскими символами при полном согласии большинства общества. Означало бы это, что мы возвращаемся в Российскую империю? Конечно, нет. Речь идет о манипуляции теми символами, которые гарантированно делят любую аудиторию на большинство и меньшинство с сильным преобладанием большинства. Такая манипуляция заменяет выборы, потому что это уже не управляемая демократия. Для того чтобы определить большинство, здесь выборы проводить не надо. Надо только бросить идеологическую петарду и смотреть, как публика радостно вцепится друг другу в глотку. Это мнимая повестка, на самом деле ее нет. В этом шумном политическом секторе действует всего несколько сил — администрация президента, парламент, Следственный комитет и СМИ, все остальные в этом вообще никак не участвуют. Люди, которые могли и хотели бы всерьез вернуться к советской модели жизни, давно умерли. То, что мы видим сегодня, — это симулятивные отношения, своего рода игра, очень опасная в современном потребительском обществе. Это игра нескольких довольно незначительных меньшинств, обладающих большими ресурсами, государства здесь меньше всего. Ельцин строил куда более советский строй, чем Путин. Именно поэтому говорить о реинкарнации Советского Союза сегодня бессмысленно. Но чтобы никто не отчаивался, скажу, что нас скоро ждет следующий тур, который вызовет аналогичные истерики, только уже не по поводу Сталина и Советского Союза, а по поводу Романовых и Российской империи. Скоро начнется такая же притворная игра в восстановление самодержавия.


Ольга СЕДАКОВА, писатель, поэт

Возвращений в истории не бывает. Бывает другое: выбирается какая-то модель для «возвращения» или «возрождения». Модель сейчас явно выбрана, и это не просто Советский Союз (там были разные эпохи) и даже не просто сталинская — это позднесталинская эпоха. Державная, имперская. Ничего отвратительнее не придумаешь. Тупость, подлость — и царство смерти. Теперь к этому прибавляется стиль макаберной фантастики. Переименовывать город на несколько дней в году! За пределами психического здоровья. И даже писательской фантазии. Все эти переименования — вообще безвыходный кошмар. Один английский журналист писал, когда у нас срывали и топтали портреты Брежнева: «Нужно быть низким человеком, чтобы вешать эти портреты, и низким человеком, чтобы их топтать». А затем — как мы видим — вновь склеивать и развешивать. Слово «совок» у меня вызывает такую же аллергию, как «либераст» или «жид». Это в продолжение разговора о портретах. Всерьез о том, что сделано с человеком за советские годы, я много писала. Это не что иное, как «антропологическая катастрофа». Вся сегодняшняя жизнь ей пропитана — не только эти ностальгирующие сталинисты. Это горе. Все законы, постановления и указы, которые принимаются с лета прошлого года (последнее решение, о котором я только что узнала: отменить выплаты и усиленное питание донорам крови!), — записки сумасшедшего или распоряжения бандитов. Диктатура подонков — так я назвала бы режим, который у нас складывается. Это не Советский Союз, а что-то совсем новое.


Владимир ПОЗНЕР, журналист, телеведущий

Для кого-то — да. Люди, которые сегодня руководят страной на всех уровнях, в большинстве своем родились и выросли в СССР. Они сформированы советской системой и потому так по ней тоскуют. Это нормально, и удивляться здесь нечему. Любой человек старше сорока хотел бы вернуться назад, во времена своей молодости, которая выпала на годы советского строя. Сегодняшние споры по поводу переименования Волгограда в Сталинград имеют отношение скорее к исторической правде, а не к политике. Битва была при Сталинграде, а не при Волгограде — это факт. Вероятно, идея переименовать город, пусть и на шесть дней, — всего лишь дань уважения тем людям, которые участвовали в том сражении. Я не сторонник таких изменений, но эмоционально могу понять людей, которым дорого имя Сталинград. Вообще в действиях наших государственников и оппозиционеров очень мало человеческого. Те и другие пытаются что-то решить без всякого учета мыслей и чувств людей. Это большевизм, который свойственен не только большевикам, к сожалению. В этом смысле СССР никуда не уходил.


Андрей КУРАЕВ, протодиакон Русской православной церкви

Сложно сказать. Надо расширять свой политологический лексикон и уходить от примитивного обзывания всего и вся советизмом и сталинизмом. Различные формы в том числе гражданской несвободы можно назвать и другими терминами. Возможно, я отстал от развития нашей гуманитарной науки, но сомневаюсь, что есть какая-то научная формула советского образа жизни, советской социально-политической системы. Андропов, будучи генсеком, произнес фразу, которая многое изменила в нашей стране и в нашем сознании: «Мы не знаем общества, которое построили». У меня нет однозначного ответа, что такое Советский Союз. И пока мы этого не знаем, выставлять «советскость» в качестве мерила как минимум ненаучно. Скорее это из области навешивания ярлыков.

Со Сталинградом история отдельная. Я совсем не сторонник возвращения в Советский Союз, но позиция волгоградских парламентариев для меня удивительна. Они приняли слишком компромиссное решение. Я просто за то, чтобы городу вернули имя Сталинград. Несмотря на то что я поддерживаю идеи зачистить от имен революционеров и большевиков топонимику нашей страны, одно исключение, по-моему, было бы уместно. Самое важное и страшное, что связано с городом на Волге, — это именно Сталинградская битва, и забывать это мы не вправе. В Париже, Лондоне и других европейских городах есть улицы и площади, названные в честь Сталинграда. Почему же мы сами должны стирать с лица земли название этого города? У нас достаточно развитое общество, чтобы не пугаться топонимических привидений и не верить в то, что если назвать город именем Сталина, у нас начнется новая эпоха сталинизма.

Комментарии пользователей Facebook

новости

ещё